Header image
обзор статей и страниц краеведческого альбома

Прощай, Павловка?

Из совсем недавней истории

Ещё один старинный район Харькова хотят стереть с лица земли

Эти земли в пойме реки Лопань принадлежали в конце прошлого века харьковской помещице Мигриной, которая сдавала их в аренду болгарским огородникам. Так продолжалось до 1900 года, когда землемер Иван Степанович Иванов предложил Мигриной разделить землю на участки и продать под строительство домов - сюжет почти по Чехову. Мигрина – в отличие от Раневской - без колебаний согласилась. Иваном Степановичем был составлен план района, намечены новые улицы, которым он дал названия. Одна из улиц в память о бывшей хозяйке земли получила название Мигринской (переименована в 30-е годы в Сухумскую). Сам же Иванов, купив большой участок земли, построил прекрасный дом, в котором сейчас живет его внук с семьей.

Селились в новом районе не очень богатые люди - интеллигенция, мещане, крестьяне, прибывающие в Харьков на работу. Добротные дома соседствовали с мазанками. Люди обживали эту землю, пускали корни. После войны здесь землею были наделены ветераны войны. Район развивался, покуда в шестидесятые годы не попал в зону реконструкции, что практически поставило на нем крест. Был наложен запрет на всякое новое строительство,капитальный ремонт и благоустройство домов. Редкие из самоотверженных хозяев все же не переставали заботиться о своих строениях. Большинство же жило с надеждой на скорое отселение, известие о котором было встречено ими с радостью. В Дзержинском райисполкоме даже образовалась очередь за ордерами. Эти люди из перенаселенных, полуразвалившихся домов были довольны щедрой компенсацией - квартирами в панельных окраинах города, по-прежнему наиболее удобных для системы. Те же, кто, несмотря ни на что, многотрудными заботами приумножал свою собственность, были в очередной раз наказаны. При прежней системе, для которой собственность - что красная тряпка для быка, это было вполне понятно, но чем объяснить это сейчас, когда кругом только и слышно, что о воспитании собственника? Так же. как коллективизация ударила не по сельскому люмпену с полуразвалившейся избой, а по крепкому хозяину, так и теперь массовый снос направлен прежде всего против них. Тоталитарная система, решавшая за человека, где он будет более счастлив - в собственном доме или на положенных 13,5 квадратных метрах в панельной многоэтажке, казалось, канула в Лету. Заявив о построении демократического государства, Верховный Совет ввел норму, которая должна была поставить заслон перед произволом властей. Это ст.46 «Земельного кодекса Украины» о гарантиях защиты прав землевладельцев и землепользователей. Она предусматривает в случае изъятия земельного участка для государственных нужд строительство жилого дома взамен сносимого. Не тут-то было! Городские и районные власти делают вид, что никогда о ней не слышали, ссылаются на отмененные положения жилищного кодекса или обставляют строительство дома множеством оговорок, которые практически сводят на нет все предусмотренные законом гарантии. Сейчас же беспредел застройщиков, которые остались один на один со «строптивыми» домовладельцами, переходит всякие границы. В жилых домах выбиваются окна, в отсутствие хозяев бульдозером вываливаются стены.

«Гипросталь» вступает в борьбу с семьею потомственной учительницы Стриженовой Инны Митрофановны, в «священном» порыве отстаивая свои права на обретение жилья (читай «собственности») в кооперативном доме за счет попрания прав той, чей дед приобрел землю у помещицы Мигриной в 1900 году на скромные учительские сбережения выстроил просторный дом для себя и потомков, чей отец –главный агроном Харьковской области - навсегда ушел из этого дома в 1939 году и был расстрелян в тюрьме Харьковского НКВД. «Гипросталь» предлагает выплатить за кирпичный дом площадью 80 кв.м и сад в 10 соток всего-навсего сорок тысяч купонов - цену плохоньких сапог и предоставить квартиры в ведомственном доме, не подлежащем приватизации, да еще расположенном на другом конце Харькова. И разве неоправданно или незаконно требует семья Стриженовой строительства дома или предоставление квартиры в этом же районе, где прожита вся жизнь? Утеря малой родины, земли дедов, батківщини – об этих понятиях мы чаще всего вспоминаем в связи с насильственнім переселением, будь то ликвидация неперспективных деревень или отселение хуторов. Реже оно связывается с переселением людей из зон тотального сноса, хотя для многих коренных харьковчан новые районы города не милее чужбины.

Планом застройки предусматривалось строительство двух домов для отселения жителей Павловки. Но, несмотря на многочисленные заверения руководителей, дома эти существуют только на бумаге. С реализацией намеченного проекта Павловка перестанет существовать, а на ее месте возникнет безликий панельный микрорайон. Тотальный снос объясняется высоким уровнем залегания грунтовых вод, для чего предлагается устроить дренажную систему, успешно продемонстрировавшую свою беспомощность в соседних, уже отстроенных, районах. Мощные свайные основания многоэтажных домов нарушат и без того хрупкий гидрогеологический режим. Так не лучше ли поискать решение, которое даст возможность сохранить наиболее крепкие из оставшихся зданий, сложившуюся конфигурацию улиц, продав с аукциона уже отселенные участки под высокоплотную застройку? Это позволит возродить в непосредственной близости от центра города район с жильем, отвечающим самым высоким современным требованиям, сохранив при этом следы почти вековой его истории.

В любом случае при отселении должны быть соблюдены законные права домовладельцев. Попрание этих прав не так безобидно для общества, как кажется. Правовое государство должно начинаться с уважения законов прежде всего - властными структурами, которые в противном случае вряд ли смогут надеяться на законопослушание граждан.

Марина КРЯЧКО, инженер-градостроитель

«ПАНОРАМА», март 1993 г

20 лет спустя: прощай, Павловка…


Free counters!
Яндекс.Метрика
 
 Харьков 



Харьков: новое о знакомых местах © 2011 -