Header image
обзор статей и страниц краеведческого альбома

Загоспромье

Часть 2

Последняя кольцевая улица официально Кольцевой никогда не называлась, а побыв до войны в ранге переулка (сначала Барачного, потом Покровского), в послевоенные годы повысила свой статус до Барачной улицы, а с 1958 года значится как улица Культуры. Оказанную ей таким выбором имени честь связывают с возникшей на улице повышенной концентрацией жилых домов творческих работников – дом писателей «Слово» (№ 9), три корпуса дома красной профессуры (№№ 10, 16 и 18) и послевоенные - дом работников театра и кино (№ 12) и дом художников (№ 20). И хотя, видимо, справедливы слова, написанные в книге воспоминаний жившим в 16-м доме Владимиром Ландкофом («…дома были построены незадолго до войны, и тогда своё название, возможно, оправдывали, но после — ничем не отличались по контингенту от прочих разных»), у власти было другое мнение. Более того, несколько лет назад обсуждался даже план создания историко-культурного комплекса на базе упомянутых выше домов. Как бы то ни было, пройтись по улице Культуры нам будет приятней, чем по Барачной. И за то ей (власти) спасибо.

На участке от Сумской до улицы Тринклера в довоенные годы было построено два дома - № 3 и № 6.

Дальше все дома строились в непосредственной близости от Шатиловского яра: дома на чётной стороне (их всего три) – совсем рядом, на нечётной – в нескольких десятках метров от него.

Яр был неизменным спутником всех игр обитавшей на Барачной улице детворы, и упомянутый выше В.Ландкоф ввёл его в название своей книги (рекомендую: Владимир Ландкоф: "Параллельно яру"): «Правила яра странным образом влияли на время, но почти всегда так, что недоросли теряли его реальное чувство, а приобретали своё собственное. Именно поэтому ежедневно в сумерках раздавались кличи мамаш, призывавших своих чад покинуть двор и ступать домой. «Вииитяяаа, домой!» — звучал мощный, как крик Тарзана, натренированный голос с четвёртого этажа и повторялся с равными промежутками до темноты, пока недовольный своей судьбой Витя не шёл понуро навстречу своему реальному времени, а иногда и затрещине. Гораздо мощнее был зов яра. Яр завлекал неизвестностью, магнетически притягивал каждого, в ком прорастал побег авантюрности и видения дальних странствий. Яр отталкивал своей брутальностью, почему-то привлекая ещё сильнее. Яр являлся одновременно и путём во внешний мир, и укрытием от невзгод, и естественной границей, отделяющей район Барачной улицы от чужих и враждебных территорий «гражданских домов». Яр был и Сингапуром, и портом отправки туда, и родной гаванью. Сравнение не случайно — на его дне протекал часто пересыхающий ручей, иногда становившийся полноводным. В эти моменты внизу курсировал корабль, главной частью которого была старая дверь, а движителем — что Бог пошлёт. Ступить на его борт было счастьем. Яр был наше всё, как Пушкин для русской литературы…»

Один из самых известных домов в городе – писательский дом «Слово».

В газете «Сегодня» от 17 августа 2009 года была опубликована статья журналистки Оксаны Якушко об истории этого дома и его обитателей. Вот некоторые выдержки из этой статьи:

«…Шик писательского дома: без кухни и горячей воды, но с телефонами и невиданным солярием. Тот самый дом. Квартиру здесь дешевле, чем за 200 000, не купишь. «Трешка» - не меньше 100 «квадратов»

В сталинском доме на ул. Культуры, 9 сегодня активно раскупают квартиры, новые жильцы делают современный евроремонт и масштабные перепланировки. Однако не многие из харьковчан знают, что первые обитатели дома «Слово» впоследствии с горькой иронией прозвали свои элитные квартиры «камерами предварительного заключения».

…Идея построить дом для советских литераторов возникла в 1923 году – к этому времени в Первой столице обосновался весь литературный бомонд советской Украины.

…Пятиэтажный дом поражал новоселов невиданной по тем временам роскошью. В первом и пятом подъездах на каждом этаже размещались по три трехкомнатные квартиры, в остальных подъездах было по две четырехкомнатных. На шестом этаже находился невиданный доселе в городе солярий и душевые кабинки… Абсолютно во всех квартирах элитного дома были установлены телефоны — впоследствии они обеспечивали тотальную «прослушку». …В доме, оборудованном по последнему слову времени, не было, однако, ни кранов с горячей водой, ни электрических или газовых плит. Ни в одной из квартир не было кухни, зато в доме находилась столовая – одна общая на всех. «Это был один из строительных экспериментов той эпохи, - объясняет архитектор Игорь Лаврентьев. - Советского писателя и рабочего нужно было освободить от быта, поэтому не только на фабриках, заводах, но и в домах появлялись точки общепита».

…Дом писателей настолько быстро влился в жизнь столичного Харькова, что уже вскоре после его заселения на почтовых конвертах в качестве адреса указывали просто «Дом Слово», и почти никогда – переулок Барачный, 9. Куда доставить письмо, почтальоны знали – и так было до самой войны. …Всего на 62 квартиры приходится 33 расстрелянных писателя, два покончивших с собой, еще 13 человек сослали в лагеря (в их числе был и Остап Вишня, который о своем сроке говорил: «закончил десятилетку»).

Несмотря на ощутимо гнетущую атмосферу, жилье в доме «Слово» пользуется спросом и отлично продается обеспеченным людям. Сейчас о том, что 80 лет назад в доме «Слово» жила элита украинской литературы, напоминает лишь мемориальная доска на здании».

Дальше дома №№ 11, 13, 15 и 17.

В 13-ом – ещё одна потеря: в середине 90-х разрушилась секция и на её месте в 1998 году появилась 12-этажная вставка.

За проспектом, по нечётной стороне, знакомые корпуса «Нового быта».

№ 23 – назывался (и называется?) шестым корпусом «Нового быта».

Перейдём к радиальным магистралям. Жилые дома на улицах Анри Барбюса и Ромена Роллана представляют собой части единых квартальных комплексов, «длинные стороны» которых уже встречались в обзорах кольцевых улиц, хотя дома с арками (Анри Барбюса, 7 и Ромена Роллана, 7 выглядят вполне убедительно и сами по себе.

Проспект Ленина – стержень Загоспромья.

Проспект Ленина, 4 – Морфологический корпус медицинского института. Первоначальный проект был выполнен арх. Эстровичем В.А. (1937) в духе конструктивного модерна. После войны восстановление и перестройка здания велась по проекту арх. Орехова Г.Д. при участии арх. Арешкина П.И. При этом, в основном, сохранилась объёмная композиция, но фасады приобрели разнохарактерные детали, придавшие зданию эклектичный облик.

Проспект Ленина, 7 – 1-й корпус «Нового быта». Построен по проекту архитектора Н.Ф.Покорного в самом начале 30-х годов. В 1939 году по проекту архитекторов Н.С.Хазановского и Л.Г.Любарского произведена реконструкция фасада.

Проспект Ленина, 10. Архитектор А.В.Линецкий; (1927 г)

Проспект Ленина, 12. ЖК «Пятилетка за три года». Архитектор не известен; (конец 20-х – начало 30-х годов).

Улица Тринклера – основана задолго до «эпохи Госпрома» - в 1870-х годах, когда были построены 9 лазаретных бараков для лечения раненых и больных солдат. Позднее, на рубеже веков, появились два университетских корпуса - №№ 8 и 12. Жилые дома (№№ 14, 16, 18, 20 и 22) построены в 30-е годы.




Free counters!

Яндекс.Метрика

 
 Харьков 



Харьков: новое о знакомых местах © 2011 -